stalker

father_ingwar

Смерти нет, Любовь побеждает смерть.

фотозаметки о жизни


Previous Entry Share Next Entry
Перепост из Татьяниного Дня (www.taday.ru) UPD
stalker
father_ingwar
По наводке lxenia Читать всем!

Помоги Господи отцу Александру Степанову. Помяни Господи всех погибших, укрепи пострадавших, так всех жалко!
Помоги Господи всем, кто потрудился ради терпящих бедствие. Не постави греха, тем кто проявил равнодушие и трусость!

30 ноября 2009
Протоиерей Александр Степанов – один из пассажиров взорванного «Невского экспресса»
Делегация благотворительных организаций Санкт-Петербурга приняла участие в конференции по обмену опытом, организованной в Москве Отделом внешних церковных связей и агентством ООН в России. По окончании мероприятия, представив свои проекты и послушав о программах ООН в области социального служения, петербуржцы поехали домой 27 ноября на «Невском экспрессе». В 21.30 поезд резко затормозил. О том, что происходило дальше, редакции «ТД» и «Церковного вестника» рассказал председатель Отдела по благотворительности Санкт-Петербургской епархии протоиерей Александр Степанов.



Нас было 5 человек - директор Центра социальной адаптации святителя Василия Великого Юлиана Никитина, руководитель Фонда «Диакония» Елена Родалевская, представители Детского кризисного центра при Чесменском храме и я.

Мы сели в поезд и поехали - все было, как обычно. «Невский экспресс» - сидячий поезд, хотя некоторые вагоны по европейскому образцу разделены на купе. Мы ехали как раз в таком. В 21.30 экспресс резко затормозил. Я сидел лицом по ходу поезда и чуть не вылетел из сиденья, но успел схватиться за подлокотники. Ну, остановились и остановились... Мы даже шутили, что лось на пути вышел. Первое впечатление, что ничего особенного, хотя вроде кто-то видел вспышку в окне. И только потом стало ясно, что вспышка была от того, что сошедшие с рельс вагоны срубили столбы и оборвали провода.

Через некоторое время начались разговоры о том, случилось что-то серьезное. Мы все звонили домой, говорили о задержке, хотя связь была плохая. Минут через 15-20 из третьего вагона, который сошел с рельс, пошли люди. К нам в купе зашла немолодая женщина и мужчина средних лет, возбужденные, с вытаращенными глазами, начали рассказывать, что вагон трясся по шпалам. Было видно, что они сильно потрясены, но о травмах и жертвах не говорили. Мы посидели еще минут пять, и я пошел смотреть, что делается.

Дверь нашего вагона была открыта, я посмотрел назад. Там темнотища и только редкие огоньки мелькают. Я позвал одного из наших мужчин с собой узнать, не нужна ли помощь. Когда мы дошли до покосившегося вагона, впечатление было сильным. Тут навстречу бежит проводник, я спрашиваю: «Помощь нужна?» - «Да-да, идите скорее, там всем работы хватит».

Мы побежали и довольно далеко, метров через 500, увидели вагон, лежащий на путях на боку, а на дороге - обломки вагона, оставшегося в сцепке. Вокруг люди - кто ползает, кто ходит... Темнота непроглядная. Меня потрясло, что крыша вагона была собрана гармошкой, как будто он на крыше по шпалам ехал. Еще метров через 200 - 300 лежал самый ужасный последний вагон. Он не был перевернут, но стоял без колес. Колеса, пружины, сорванные провода были разбросаны вокруг. Мы об них спотыкались, я несколько раз упал. Потом в Интернете писали, что вагоны улетели, но это не так. Их сбросили уже потом, в ходе ремонтных работ. Оторвавшиеся вагоны стояли на путях, но без колес. Потом я увидел лежащего человека, бросился к нему, хотел помочь, а он оказался мертвым с внутренностями наружу. Дальше на путях лежало еще три или четыре трупа. И это в полной темноте, лес вокруг.

Потом глаза привыкли, мы подсвечивали дорогу мобильником. Рядом была электрическая подстанция и стал доходить свет от столба с фонарем. У последнего вагона стояли люди, как я потом понял, это уцелевшие пассажиры. Большинство - с ушибами, лица разбиты. И полная неразбериха. На земле лежало шесть-семь раненых, женщина со сломанной ногой стонала. Молодая пара - у девушки, похоже, был перелом позвоночника, а у парня раздроблены ноги, они лежали рядом. Девчонка с открытыми переломами ног. Кровь вокруг, темно, все мобильниками светят. Торцы вагонов разворочало, и двое мужчин оказались сплющены в тамбуре, в который вышли покурить. Кости разбиты, они орут невероятно, их пытались достать. Нашли где-то лом и топор. Все два часа, что я там был, упорные люди старались им помочь, но их нельзя было двигать. Одного сумели вытащить, а второй, вероятно, умер.

Все вспоминается какими-то проблесками. Я провел там два часа, все время что-то носил, собирал, рвал тряпки, помогал бинтовать, выносить, хотя транспортировали в основном мужики посильнее. Но происходившее я помню очень фрагментарно.

Вагон некоторое время летел по шпалам без колес, все внутри было разворочено - кресла, железные ящики, поручни, корзинки для газет - все это с острыми железными углами и оно крутилось, как в мельнице, как в барабане. И вот этими обломками людей переломало, порезало. Пол был покрыт толстым слоем всего этого добра и в нем лежали люди. Выносили их оттуда долго. Споры, крики, куда выносить - на улице холодно, в вагоне теплее и не на земле. Но внутри они завалены. У кого-то сильные кровотечения, в вагоне жгут не наложишь. Если травмы, то выносить надо на жестком. Отломали два куска обшивки или какой-то перегородки и использовали их, как носилки. Это было очень неудобно, потому что доска узкая: восемь человек несли, а четверо держали того, кого несли, чтобы он не сползал. Мы еще костры разводили, даже не столько, чтобы греться, сколько ради освещения: брали из вагонов вещи, книги, и все это палили. Те, кто мог ползать из пострадавших, подползали и грелись. Они почти все были без обуви и полуголые, я не понимаю, почему. Мы им тряпками ноги заматывали.

Не было никого, кто знал, что делать, кто взялся бы руководить. Если бы сразу был свет и какой-то командир, можно было бы и больше людей спасти. А в такой общей бестолковке трудно что-то сообразить. Я видел сообщения в Интернете и по телевизору, что только пассажиры занимались оказанием помощи, а экипаж - нет. Это неправда, проводники среди нас были. Они принесли воду, несколько фонарей и матрасы, которых было меньше, чем нужно, поэтому люди лежали на чем ни попадя. Жгуты делали из простыней, пытались бинтовать. Потом наладили вынос людей из вагона. Выяснилось, что с другой стороны полотна вокруг трансформаторной будки была бетонированная площадка и на нее можно было класть людей. Там на них хотя бы уже не наступали, и матрасы можно было в ряд выложить.

Тем временем около половины одиннадцатого, может чуть раньше, подъехала милиция - три парня с рациями, но они тоже были в полной растерянности. Больше долго никого не было. Раненым всем холодно, они просили, чтобы их накрыли, но одеял было мало. Накрывали занавесками, ковриками из коридора. Навалишь всего, а человек и так еле дышит. В какой-то момент появился решительный парень - то ли врач, то ли студент-медик старших курсов, он полез в сам вагон и там действовал, жгуты накладывал.

Раненые терпеливо и обреченно лежали, истекали кровью. Проводник из последнего вагона, с разбитым лицом, но целый, в одной рубашке ходил: был в таком состоянии, что не мог ничего делать. Мы ему говорили, чтобы он шел погреться в уцелевшие вагоны, но он повторял «нет, нет, я старший, я должен».

Конечно, у меня были мысли, что надо молиться. Но в этой ситуации, когда человек истекает кровью и ему надо срочно помогать, действуешь по необходимости. А необходимость была порой простой - взять за руку и погреть. Потому что можно себе представить, в каком растерянном и покинутом состоянии лежит человек. Я старался поддержать, помочь, но надо было очень конкретно действовать - не допускать, чтобы клали на бетон или гравий, искать, что подстелить. В основном это были практические действия. Я, конечно, никогда не видел в таком количестве раны, кровь, жуткие увечья. Ужасно было видеть, когда у людей практически оторваны конечности. Однако в таком напряженном состоянии, это даже не то, чтобы не шокирует, но это не сбивает настолько, чтобы впасть в ступор. Сами раненные вели себя очень мужественно, пустого нытья не было, только стонали, когда их тревожили.

Поразило, что из уцелевших вагонов пришли помогать немногие, процентов двадцать. Не могу сказать, что в них была потребность, потому что и так неразберихи хватало. Но ведь примерно через час после случившегося все уже знали, что именно произошло, так как проводники бегали, как сумасшедшие, и окровавленные люди ходили, но идеи придти помочь у большинства не возникло.

Потом приехали пожарники и МЧС. Они принесли нормальные брезентовые носилки. Где-то в половине двенадцатого подошли наши женщины. Лена Родалевская - врач, она быстро сориентировалась и стала объяснять, что и как лучше делать. Таких людей очень не хватало. Начали подъезжать скорые с местной подстанции. Пришли три женщины в камуфляже, видимо, фельдшерицы, у них были бинты, они стали шины накладывать, делать обезболивающие уколы. У нас ведь не было совсем ничего, только один бесполезный пузырек йода. Потом МЧС поставили дизели со светильниками, народ еще стал прибывать. Дальше подъехал караван скорых, подогнали поезд для нас и аварийный поезд из Москвы. В нас уже необходимости не было.

В Питер поехали те, кто получил незначительные травмы и все пассажиры из тех вагонов, которые не пострадали. В 3.10 нас привезли на Московский вокзал. Водой поили в поезде. К вокзалу подогнали кучу автобусов, развозили всех желающих по домам, но многих встречали родственники на машинах.

В субботу после всенощной я отслужил панихиду по погибшим и молебен о здравии выживших. Наши женщины пережили это стойко, но где-то через сутки стало значительно тяжелее... Договорились в понедельник еще раз собраться и отслужить благодарственный молебен за то, что мы уцелели.

Интернет-издание "Татьянин день", "Церковный вестник"
http://www.taday.ru/text/252926.html

  • 1
Отче, мы там еще подредактировали. Поменяйте, пожалуйста. Собственно поэтому я и не ставила текст в жж - разойдется в сыром виде. Но теперь, кажется, все.

в ТД? тот же текст?

щас погляжу

да-да. стилистическая правка. но все же

А почему носили на улицу, а не в оставшиеся вагоны? Или там совсем некуда было класть?
(к кому вопрос - не знаю)

потому что до поезда от оторвавшихся вагонов было около километра по рельсам

(Deleted comment)
Достойный вопрос. Что еще посчитаете?

(Deleted comment)
зря вы так!
по крайней мере в адрес о. Александра, который настоящий священник и интеллигентный человек и самоотверженно занимается с детьми-сиротами не принимаю подобных претензий.

и поездка "встает не РПЦ" - ваши то вон в купе по 11 тысяч ездят и совесть не мучает (шутко с намеком)

очень взвешенно. спасибо.

так это не мне спасибо - а вот Ксении (lxenia)
и вам - что зашли в гости

всем сразу.
а гостей у вас будет много сейчас, готовьтесь - это тяжело :(

а мы вообще лбим гостей - и в жж и в жжизни

  • 1
?

Log in

No account? Create an account